Фото: официальный сайт Государственной Думы Федерального собрания Российской Федерации
Развитие энотуризма
— Сергей Викторович, в России уже несколько месяцев действует закон о развитии винного туризма. Что можно сказать о первых результатах внедрения этой инициативы?
— Из-за того, что закон вступил в силу в самом конце прошлого года, пока делать выводы рано. Перед нами стояла действительно сложная задача: с одной стороны, поддержать наших виноделов, а с другой — не позволить вывести под застройку особо ценные виноградопригодные земли. И мы нашли этот баланс.
Строительство объектов сельского туризма на таких землях теперь разрешено, но на площади не более чем 0,5% от расположенных виноградных насаждений в границах земельного участка. При этом сам земельный участок должен быть не менее 5 га, а площадь пятна застройки не может превышать 2 тыс. кв. м. Само здание не должно быть выше трех этажей над землей.
Но ключевой аспект в документе — любой объект сельского туризма должен быть в одном комплексе с объектами первичного виноделия. Мы долго дискутировали по поводу этих формулировок и смогли исключить «псевдовиноделов» — тех людей, которые могли бы посадить три-четыре лозы и начать строить гостиницу или ресторан на сельхозземлях. С новым законом этого сделать не получится.
— Какой эффект от внедрения закона вы ожидаете?
— Мы понимаем, что закон имеет определенную инвестиционную фазу: вначале в основном им будут пользоваться небольшие винодельни, которые начнут строить объекты сельского туризма. Пока они пройдут все разрешительные процедуры и все этапы строительства, пройдет пара лет.
Но могу привести в пример Краснодарский край. В 2025 году, когда законопроект еще прорабатывался, винодельни региона приняли без малого 750 тыс. туристов. По итогам 2026 года, даже с учетом вышесказанного, можем получить эффект от создания быстровозводимых объектов на винодельнях — увеличение турпотока на 15%. То есть в этом или следующем году можно ожидать цифру в 1 млн туристов на наших винодельнях. В перспективе 3–5 лет этот показатель может достигнуть 1,5–2 млн человек.
Авто в России будут блокировать двигатель из-за паров алкоголя в салоне
«Российская полка»
— Еще одна из тем, которая актуальна для виноделов, — «российская полка». В ноябре 2025 года вице-премьер РФ Дмитрий Патрушев заявил, что доля отечественного вина на российском рынке составляет 63%. В то же время обсуждается вопрос о том, что доля отечественной продукции в винных картах кафе и ресторанов должна составлять не менее 20%. Ведется ли проработка такой инициативы на законодательном уровне?
— Эта работа уже идет, но важно, что мы хотим получить в результате. Те цифры, которые вы назвали — 63%, да, это сейчас доля российского вина в обороте. При этом объем производства вина в России составляет примерно 500 млн бутылок в год. И этого вполне хватает, чтобы удовлетворить спрос покупателя.
По поводу «российской полки» дискутируем с нашими рестораторами. Некоторые имеют долю отечественного вина до 70% в винных картах. Но есть и такие, которые хотят иметь уникальное предложение от наших виноделов. То есть не все желают добавлять в винную карту продукцию, которую можно купить в магазине.
Поэтому считаю, что наши вина нуждаются в поддержке, и принятие нормы в 20% для российской продукции в розничных магазинах и винных картах — это необходимость сегодня.
Сейчас эта работа ведется Минпромторгом, мы с ними в постоянном диалоге. Законопроект прошел оценку регулирующего воздействия, в результате чего мы получили порядка 100 предложений и замечаний к нему. С Роспотребнадзором, Ассоциацией виноградарей и виноделов России (АВВР), Ассоциацией компаний омникальной розничной торговли (АКОРТ) и другими организациями работаем над соответствующими предложениями. Ожидаем, что к концу лета все возражения будут сняты и законопроект поступит в Госдуму.
Водка в России за год подорожала на 15%
Безалкогольный тренд
— Трендом последних лет можно назвать безалкогольное вино. Ранее было предложено создать ГОСТ на этот вид продукции. Как это может сказаться на рынке?
— Действительно, безалкогольное вино можно назвать новым трендом. И в целом в России наблюдается тенденция снижения уровня потребления алкоголя. По статистике Минздрава сегодня мы имеем один из самых низких показателей из расчета на душу населения в нашей стране с 90-х годов — 7,8 л в год. Сейчас многие, особенно молодые люди, переходят на безалкогольные напитки, в том числе вино. Но сегодня подавляющий объем такой продукции — это импорт. С сообществом виноделов обсуждали, какие законодательные инициативы могли бы послужить стимулом к увеличению производства, импортозамещению безалкогольного вина. На мой взгляд, здесь два ключевых фактора.
Во-первых, нам необходимо создать ГОСТ на безалкогольное вино, то есть это должен быть продукт со всеми органолептическими свойствами. По сути, это вино из винограда, из которого изъяли алкоголь. Для этого есть разные методы: мембранный, вакуумной дистилляции, обратный осмос. Но в любом случае это не может быть сладкий напиток с красителями и ароматизаторами, который мы просто назвали безалкогольным вином. Созданием подобных производств мы не достигнем какого-либо эффекта — люди будут выбирать зарубежные варианты.
Во-вторых, есть проблема учета того спирта, который будет изыматься из алкогольного вина. В процессе производства безалкогольной продукции не может получиться 100%-ный спирт. Он может быть и 70%-ным, и 90%-ным, потому что это сложный технологический процесс. И это нужно учесть, чтобы спирт не попал, скажем так, к бутлегерам, которые могут делать контрафактный алкоголь. То есть можно изъять 90%-ный спирт, по документам зафиксировать 70%-ный, а еще 20% куда-то «ушло». Вместе с Минфином и Росалкогольтабакконтролем мы это все прорабатываем.
Наша задача — получить продукцию высокого качества, как это получилось с алкогольными винами. Отрасль виноделия с момента принятия закона о виноградарстве и виноделии шесть лет назад совершила реальный прорыв — покупатель голосует рублем за наши вина, которые вытесняют аналоги из винодельческих регионов Италии или Франции.
Считаю, что при принятии таких решений не стоит торопиться. Такой же долгий путь мы прошли и по винному туризму, так как были разные подходы к документу — по объему, застройке, квадратным метрам. Вы же знаете, в законе даже необходимое количество саженцев на 1 га учтено — не менее 2222. Все эти моменты мы скрупулезно прорабатывали, чтобы получить законопроект, который не позволит иметь лазейки. Такая же задача стоит и по безалкогольному вину.
«КЛВЗ Кристалл» начал розлив мексиканской текилы и рассчитывает занять 10% российского рынка
Поддержка виноградарей и виноделов
— Если говорить о Краснодарском крае, то в 2026 году на поддержку виноградарства и виноделия направлено 930 млн руб. Достаточны ли такие меры в плане объема и их спектра действия? Возможно, какие-то дополнительные меры будут полезны для виноградарей и виноделов?
— Наша задача состоит в том, чтобы отрасль виноградарства и виноделия получила новый импульс для развития. Это действительно сложный и капиталоемкий процесс. Начинающий винодел должен посадить виноград, купить оборудование, а первый урожай будет получен через 5–7 лет, первое качественное вино — через 8–10 лет. То есть в виноделии длительный период окупаемости, а субсидирование позволяет сделать эту экономику более привлекательной.
Количество виноделен в последние годы растет, и субсидии в виноделие — это яркий пример того, как за один рубль господдержки мы получаем несколько рублей в смежных отраслях. Можно сказать, что инвестиции — это налоги в бюджет через несколько лет. Вкладывая в строительство винодельни сейчас, через 5–7 лет мы получим новые рабочие места, новое производство и доход в бюджет от акциза на алкогольную продукцию.
Подчеркну, что мы поддерживаем как инвестиционные проекты, так и более глубокое развитие виноделия. Я сейчас говорю о питомниках: нам очень важно, создавая винодельческие производства, опираться на собственную селекционную базу. В Краснодарском крае с питомниками дело обстоит неплохо, но если рассматривать в рамках всей России, то нам есть к чему стремиться. Есть еще Дагестан, Крым, Ростовская область и другие винодельческие регионы, и задача состоит в том, чтобы питомники работали в каждом таком субъекте, чтобы при закладке виноградников мы снова не опирались на саженцы, которые традиционно завозились из Франции или Италии.
Фестиваль российских вин «Главвино Фест»
Кроме того, развивая собственную генетику и селекцию, мы должны делать упор на автохтонные сорта, создавая свою «визитную карточку» из вин, которые производятся только в России. Трудно конкурировать с французским совиньоном, поэтому у российского совиньона должен быть свой, неповторимый почерк. Делая вино из автохтонного сорта, мы создаем нишевое предложение, которого нет в других странах.
Отвечая на ваш вопрос, могу сказать, что существующие меры поддержки эффективны, но их пока может быть недостаточно. Субсидии должны поступать в разные отрасли, например, на развитие курортной составляющей экономики региона или промышленности. Это, как принято говорить, точки роста. Такой же может стать и винодельческая отрасль. И не только для Краснодарского края, но и для всей страны. Поэтому и меры поддержки, о которых мы говорим, принимаются на федеральном уровне.
